О новых обязательствах юристов в свете новой редакции закона «О предупреждении и противодействии легализации (отмыванию) доходов…»

Верховным Советом Украины 18 мая 2010 года был изложен в новой редакции Закон Украины «О предупреждении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем». Новая редакция закона вступит в силу с 21 августа 2010 года.

Законом предусматривается рад обязательств как государственных органов, так и финансовых и нефинансовых учреждений и субъектов предпринимательства, в том числе предоставляющих юридические услуги, по осуществлению финансового мониторинга.

Кратко, суть мониторинга заключается в отслеживании его субъектами финансовых операций по определенным критериям, и сообщении о таких операциях специально уполномоченному органу, которым является Государственный комитет финансового мониторинга Украины (Госкомфинмониторинг).

Принятие этого закона было обусловлено требованиями, выдвигаемыми к Украине со стороны ФАТФ - межправительственной организации, созданной для выработки и реализации коллективных мер борьбы с «отмыванием» преступных доходов и финансированием терроризма. ФАТФ учреждена решением саммита «большой семёрки» в Париже в 1989 году, и в настоящее время насчитывает 34 участника. Результаты выполнения предписаний ФАТФ должны быть представлены Украиной до середины июня этого года.

В целом закон можно охарактеризовать как жесткий, что отвечает духу рекомендаций ФАТФ. Однако, что касается представителей юридической профессии, то нам посчастливилось смягчить свое положение, и сделать его сравнимым с положением юристов стран Европы.

Чтобы понять, какие именно обязательства ложатся на юристов со дня вступления закона в силу, и насколько это отвечает мировой практике, необходимо проанализировать как законодательство европейских стран, так и нормы украинского закона.

Так, нотариусы, адвокаты и субъекты хозяйствования, предоставляющие юридические услуги, являются специально определенными субъектами первичного финансового мониторинга.

Однако, это касается только случаев, когда финансовая операция превышает сумму 150 тыс. гривен, отвечает одному из 16 признаков, определенных статьей 15 Закона, и касается участия в подготовке и совершении сделок в отношении купли-продажи недвижимости, управления активами клиента, и привлечения средств для создания юридических лиц, обеспечения их деятельности и управления ими. Операция подлежит внутреннему мониторингу в случае, если она отвечает одному из следующих признаков:

• запутанный или непривычный характер операции или их совокупности, которые не имеют очевидного экономического смысла или законной цели;
• несоответствие финансовой операции характеру деятельности клиента;
• выявление фактов неоднократного проведения операций, характер которых дает основания считать, что целью их осуществления является избежание процедур обязательного финансового мониторинга.

Нотариусы, адвокаты и субъекты хозяйствования, предоставляющие юридические услуги, имеют следующие основные обязанности:

- стать на учет в Госкомфинмониторинге;
- осуществлять идентификацию и изучение клиента в случаях, установленных законодательством;
- уведомлять в установленные сроки Госкомфинмониторинг о выявленных финансовых операциях, подлежащий внутреннему финансовому мониторингу, в случае наличия достаточных оснований подозревать, что они связаны с легализацией доходов, полученных преступным путем,.

Идентификация клиента осуществляется до или в ходе установления деловых отношений, заключения сделок, но до проведения финансовой операции. Идентификация заключается в сборе информации о клиенте, объем которой определен законом.

Согласно ст.8 Закона, адвокаты, лица, которые предоставляют юридические услуги, не сообщают Госкомфинмониторингу о своих подозрениях относительно финансовых операций в случае, если соответствующая информация стала им известная при обстоятельствах, являющихся предметом их адвокатской тайны и профессиональной тайны, когда они исполняют свои обязанности по защите клиента, представительству его интересов в судебных органах и в досудебном урегулировании споров.

Что касается европейских стран, то их законодательства построены на основе Директивы ЕС №91/308/EEC (Council Directive 91/308/EEC of 10 June 1991 on prevention of the use of the financial system for the purpose of money laundering) и едины в общих подходах к обязательствам юристов и адвокатов, закрепляя основные положения, отвечающие требованиям рекомендаций ФАТФ. Все делают идентификацию клиента, сообщают о подозрительных сделках по признакам подозрительности определенных законами, не уведомляя об этом клиента, хранят документы не менее 5 лет, а также имеют правила внутреннего регулирования и лиц, отвечающих за мониторинг.

В целом принятый Закон по объему обязательств субъектов, оказывающих юридические услуги, сравним с аналогичными законами европейских государств, членов ЕС. Добиться было бы не просто без отстаивания своих прав представителями профессии. Анализируемый Закон уже однажды принимался Верховной Радой, однако был ветирован Президентом, с мотивировкой в частности несогласия с нормами, касающимися ущемления прав и независимости адвокатской профессии.

Однако проект закона в редакции, внесенной на голосование в сессионный зал уже на 29 апреля 2010, содержал ряд норм, ущемляющих свободу адвокатской профессии, в частности по объему и критериям информации, которая должна быть предоставляема Госкомфинмониторингу.

Поскольку закон не был тогда проголосован, и вернулся в профильный комитет, появилась возможность внести рад изменений в проект. За короткий срок были получены ответы от юридических фирм Франции, Германии, Италии, Испании, Кипра, Швейцарии, Польши, Дании, Латвии, Канады с изложением ситуации с нормативным регулированием «отмывания» денег в законодательствах их стран.

Пользуясь случаем, хочется поблагодарить коллег из иностранных юридических фирм, которые оперативно откликнулись и сообщили о практике внедрения подобных законов и их странах. Это: Карл Хепп де Севелингес, Бертран Бартье, (GIDE LOURETTE NOUEL) – Франция, которые первыми предоставили самый полный ответ, Альберто Батини, (BB & PARTNERS) – Италия; Альберт Бадиа, (AACNI ABOGADOS) – Испания; Юлия Казмина, (MARINE LEGAL SERVICES SIA) – Латвия; Курт Бликеншторфер, (Bratschi Wiederkehr & Buob) – Швейцария; Кшиштоф Ковальчук, (Domański Zakrzewski Palinka sp.k.) – Польша. Эти ответы и полученная информация позволили более аргументировано и предметно защитить позиции юридической профессии в процессе доработки закона.

В результате удалось добиться нераспространения на юристов ряда обязательств субъектов первичного финансового мониторинга.

На представителей юридической профессии не распространяются нормы, касающиеся управления рисками, необходимости иметь внутренние инструкции и отдельного специалиста, ответственного за мониторинг, закреплено право не разглашать информацию, содержащую профессиональную тайну, закреплен принцип самостоятельного определения финансовых операций, о которых необходимо сообщать специально уполномоченному органу, по критериям сомнительности.

В то же время объем прав и обязанностей достаточен для выполнения функций борьбы с «отмыванием» денег и финансированием терроризма, что представители юридической профессии в состоянии делать благодаря как высокому уровню правосознания, так и в силу профессиональной подготовки. Несмотря на сжатые сроки подготовки закона в профильном комитете, следует отметить высокий профессионализм исполняющего обязанности главы Комитета ВР по финансам и банковской деятельности Владислава Лукьянова, который сумел наладить рабочую атмосферу и построить работу таким образом, что стороны достаточно быстро приходили к компромиссам по спорным вопросам, благодаря чему закон не вызвал особых возражений и споров в сессионном зале Верховной Рады в день его принятия. В сессионном зале Верховной Рады 18 мая 2010 года Закон набрал 356 голосов «за» при одном против.

Динамика работы над проектом закона показала способность Верховного Совета Украины работать над сложными законами в сжатые сроки, на должном профессиональном уровне, что вселяет надежду на то, что в ближайшем будущем страна будет обеспечена важными нормами, направленными на улучшение качества жизни людей.

Однако быстрота принятия закона имеет и негативную сторону, заключающуюся в том, что Закон представляет собой совокупность сложных правовых механизмов, и с большой вероятностью потребует внесения изменений, по мере появления проблемных аспектов в его применении. Юристы имеют возможность использовать время, остающееся до момента вступления в силу Закона, для перестройки своей работы, инструктирования сотрудников, выработки внутренних правил, что позволит эффективно выполнить требования закона в качестве субъектов финансового мониторинга, не в ущерб соблюдению интересов клиентов в части обеспечения сохранения профессиональной тайны.