Со времени возникновения государства и права любое государство одной из важнейших своих задач и основных обязанностей считало защиту субъективных прав. Торжество идеи правового государства увеличивает общественную значимость защиты субъективных прав. Вместе с тем теоретическая разработка категории защиты субъективного права далека от совершенства. Однако очевидным является то, что нарушение юридической обязанности, корреспондирующей субъективному праву, является основанием для привлечения обязанной стороны к ответственности. Гражданско-правовая ответственность, несомненно, призвана защитить субъективное право управомоченного.
Теория гражданско-правовой ответственности также недостаточно разработана, но и в ней имеются устоявшиеся положения. Так, общепризнанным является наличие обстоятельств, исключающих ответственность за гражданское правонарушение, даже если имеются все признаки, необходимые для возникновения охранительного правоотношения. Наиболее интересными для настоящего исследования являются обстоятельства, освобождающие от гражданско-правовой ответственности, а именно: случай и непреодолимая сила (квалифицированный случай, форс-мажор).
Как случай (казус), так и непреодолимая сила являются обстоятельствами, наличие которых предполагает отсутствие вины обязанного в нарушении правоотношения. Таким образом, эти обстоятельства не являются абсолютной гарантией освобождения обязанного от ответственности как исключающие вину. Во-первых, презумпция отсутствия вины обязанного может быть оспорена; во-вторых, правовая норма, являющаяся юридическим основанием существования правоотношения, может не предусматривать вину как обязательный элемент юридического состава, необходимого для наступления гражданско-правовой ответственности.
Уже в римском частном праве существовал классический пример: судно потерпело крушение во время бури, и груз был утрачен, так что возникает впечатление о неприменении ответственности к судовладельцу за утраченный груз, поскольку вина экипажа отсутствует. Однако выясняется, что капитан не принял на борт лоцмана в тех водах, где его присутствие на борту обязательно, следовательно, вина капитана все же имела место. Таким образом, ответственность судовладельца все же наступает. Юридический состав гражданского правонарушения, не предполагающий наличия вины, называется неполным.
Непреодолимая сила может действовать таким образом, что нарушение прав и интересов управомоченного не является следствием поведения обязанного, то есть отсутствует причинная связь между деянием обязанной и ущербом управомоченной стороны. В этом случае, по общему правилу, ни о какой ответственности не может быть и речи. Именно в этом смысле следует толковать правило, закрепленное в части 1 статьи 316 Кодекса торгового мореплавания Украины (КТМ), которым предусмотрено, что ядерный ущерб, возникший вследствие обстоятельств, подпадающих под определение непреодолимой силы, не подлежит возмещению оператором ядерного судна.
Однако есть исключения и из столь общего правила. В случаях, прямо предусмотренных законом, возможна ответственность и при действии обстоятельств непреодолимой силы как причины вреда, понесенного управомоченной стороной. Такой случай предусмотрен, например, частью 3 статьи 1166 Гражданского кодекса Украины (ГК) в отношении вреда в виде повреждения здоровья или смерти физического лица, опять-таки в случаях, установленных законом. Таким законом считается статья 36 Воздушного кодекса Украины (ВК), которая предусматривает возмещение эксплуатантом воздушного судна вреда в виде повреждения здоровья или смерти члена экипажа воздушного судна в связи с исполнением им своих обязанностей.
Конечно, если даже поведение обязанного не было причиной вреда, то о юридической ответственности в буквальном смысле этого термина действительно не может быть и речи, поскольку нет ни виновного, ни причинителя вреда, но вред, возникший по объективно не зависящим от воли человека причинам, подлежит компенсации в силу правовой нормы. Обязательства по возмещению вреда могут порождаться и правомерными действиями, что прямо предусмотрено частью 4 статьи 1166 ГК.
Общее правило об освобождении от ответственности за нарушение обязательств (договорной ответственности) в результате действия случайных обстоятельств и обстоятельств непреодолимой силы содержится в статье 617 ГК. В этой норме также указано, что ответственность не может наступить в условиях отсутствия причинной связи между поведением должника и ущербом кредитора. Исключение вины из состава гражданского правонарушения может иметь место и в законе, и в договоре, что следует из части 1 статьи 614 ГК.
Таким образом, обосновывать требование об освобождении от гражданско-правовой ответственности статьей 617 ГК можно только в случае ссылки на то, что отсутствует причинная связь между противоправным поведением должника и ущербом кредитора. Если же в объективной части гражданского правоотношения невозможно отыскать основания для освобождения от ответственности, то возражения ответчика нельзя обосновать статьей 617, необходимо искать средства защиты в правилах, вытекающих из статьи 614 ГК, разумеется, если вина входит в состав гражданского правонарушения.
Лицо, нарушившее обязательство, как правило, обременено обязанностью доказывать свою невиновность. Конечно, само по себе доказательство наличия факта непреодолимой силы порождает у суда сомнения в виновности ответчика. Иногда законодатель смешивает обстоятельства объективного и субъективного характера. Например статья 176 КТМ говорит об освобождении от ответственности перевозчика за утрату, недостачу и повреждение груза, принятого к перевозке, при отсутствии вины перевозчика и одновременно объективном действии следующих факторов, среди которых упоминается как непреодолимая сила в общем случае, так и отдельные случаи, которые часто относятся к категории непреодолимой силы, например: действия и распоряжения властей, военные действия, террористические акты, народные волнения, забастовки.
Вслед за Гражданским кодексом 1963 года новый ГК, принятый 16 января 2003 года и вступивший в силу с 1 января 2004 года, определяет понятие непреодолимой силы при перечислении обстоятельств, приостанавливающих течение срока исковой давности (пункт 1 части 1 статьи 78 ГК 1963 года; пункт 1 части 1 статьи 263 ГК 2003 года). Из этих определений следует радикальное изменение подхода законодателя к понятию непреодолимой силы.
Так, если ранее считалось, что обстоятельство может быть признано непреодолимой силой только в случае одновременного наличия двух основных признаков — чрезвычайности и неотвратимости при данных условиях, то новый ГК установил, что достаточно одного из этих признаков, что значительно расширило объем явлений природного и социального характера, подпадающих под определение непреодолимой силы.
Обстоятельство непреодолимой силы должно соответствовать признаку чрезвычайности. Например, сезонные явления, которые повторяются каждый год, нельзя отнести к категории чрезвычайных.
Признак неотвратимости более сложно исследовать. Такое исследование осложняется тем, что неотвратимость имеет конкретный характер (при данных условиях). Неотвратимость должна трактоваться применительно к возможностям конкретного должника, а не к возможностям общества вообще. Неотвратимость не может иметь место в случае правонарушений со стороны должника, его служащих, контрагентов, неопределенности или недостаточности платежеспособности должника, недостатков рынка. Признак неотвратимости относится скорее к последствиям конкретных обстоятельств, чем к таким обстоятельствам непосредственно. То есть если погодные условия, например, являются неотвратимыми, это не означает, что неотвратимыми являются и их последствия.
Конечно, если содержание деятельности должника особенно чувствительно к некоторым обстоятельствам, то неблагоприятный характер таких обстоятельств может быть признан непреодолимой силой. Например, деятельность воздушного перевозчика очень сильно зависит от погодных условий, поэтому неблагоприятные метеорологические условия считаются обстоятельством, освобождающим авиаперевозчика от ответственности за просрочку доставки пассажиров и грузов (статья 94 ВК). Действия органов государственной власти и органов местного самоуправления, как правило, считаются неотвратимыми. Неправомерные действия властей не считаются обстоятельствами непреодолимой силы. Не считаются неотвратимыми правомерные принудительные действия властей, направленные на применение к должнику санкций за правонарушения.
Таким образом, заранее оценить, будет ли то или иное обстоятельство признано непреодолимой силой, бывает довольно затруднительно, а иногда и невозможно. Для такого анализа следует использовать два основных критерия: возможность должника предвидеть соответствующие обстоятельства и возможность предотвратить неблагоприятные последствия тех или иных обстоятельств. Достаточно отрицательного ответа хотя бы на один из приведенных вопросов, чтобы прийти к выводу о праве должника на неприменение к нему гражданско-правовой ответственности. Например, предупреждение со стороны государства о введении квотирования экспорта может быть оценено как аргумент в пользу того, что у лица была разумная возможность предвидеть невозможность исполнения обязательств перед иностранными контрагентами, что будет препятствовать признанию введения квот обстоятельством непреодолимой силы. Вместе с тем установление невозможности должника воспользоваться такой информацией, в частности, из-за ее несвоевременности, нечеткости и т.п., может быть использовано как аргумент в пользу квотирования как обстоятельства непреодолимой силы, исключающего ответственность должника.
Вывод о том, является ли некое обстоятельство непреодолимой силой (форс-мажором), следует делать с обязательным учетом условий договора. Если в договоре некоторое обстоятельство предусмотрено в качестве обстоятельства, исключающего вину стороны, оно может быть принято судом, если не противоречит императивному правилу о том, что сделкой невозможно юридически ограничить или отменить ответственность за умышленную вину в нарушении обязательства (часть 3 статьи 614 ГК).
В английском праве вина обычно не имеет значения и ответственности за нарушение обязательства можно избежать, если обстоятельство непреодолимой силы создает объективную невозможность исполнить обязательство надлежащим образом. В английской юридической доктрине действие обстоятельств непреодолимой силы связано с концепцией тщетности договора. При отсутствии в договоре поставки оговорки типа «при условии получения квоты» поставщик считается безусловно (абсолютно) обязанным получить квоту. В противном случае, то есть при наличии подобной оговорки, поставщик имеет право ссылаться на то, что он приложил должное старание и принял все разумные меры, но не смог преодолеть правительственного запрета. Такая ссылка не гарантирует защиты от ответственности, но может быть принята английским судом во внимание.
Впрочем, суд может признать такую ссылку основательной, даже если подобной оговорки нет в договоре поставки, но такое условие подразумевалось, то есть получение экспортной квоты объективно необходимо для исполнения договора. Это правило редко применяется английскими судами, поскольку на стороне, нарушившей обязательство, лежит весьма трудное бремя доказывания.